Olrait.ru

Стройотряды в советское время

Стройотряды семидесятых

Закончив первый курс радиофака своего любимого политеха и успешно сдав весеннюю сессию, я решил записаться в стройотряд, который отправлялся на строительство жилья в одном из бесчисленных совхозов Горьковской области.

Меня соблазнила возможность немного подзаработать.

О стройотрядах в студенческой среде ходили легенды о фантастических заработках, о сотнях и даже тысячах рублей, которые привозили студенты после двух месяцев работы где-то на стройках нашей необъятной Родины, имя которой было – Советский Союз.

Особенно большие заработки были у стройотрядовцев приехавших с северных, заполярных, сибирских областей.

Как потом оказалось, что работа в стройотрядах – это не только заработок, но и еще кое-что.

Стоило только один раз попасть туда, как это движение захватывало тебя надолго. Это равносильно, как один раз сходить на лыжах к Северному полюсу, и тебя будет тянуть туда снова и снова.

Строительные студенческие отряды – среда для самопознания, для самоиспытания, для самоистязания, для закалки характера, для приобретения настоящих друзей.

Как армейская служба, дает настоящих друзей, так и экстремальные условия проявляют истинный характер того, с кем ты находишься рядом.

Стройотряд, это своего рода – экстрим.

Это еще – приобретение новых, интересных специальностей.

В первый заезд я освоил профессию каменщика, стропальщика и бетонщика. Приобретение строительных специальностей было для меня новым откровением. Каким это оказалось интересным делом!

* * *
Первый стройотряд, в который я попал, насчитывал около пятидесяти человек.
Как и в каждом отряде, должны быть: командир и комиссар. Отряд делится на бригады.

Командир ведет все финансовые дела, заключает договора с какой-нибудь строительной организацией. Нас всех зачисляют в качестве временных рабочих в штат. Проводят инструктажи по технике безопасности. Все. Можешь приступать.

Работы самые разные: от уборки строительного мусора, кладки стен, установки перекрытий, кровли крыши… до монтажа и установки камер наружного наблюдения.

Студенты такой народ, что готовы все это сделать быстро, надежно и качественно, лишь бы платили.

Специальность каждого не имеет значения. Главное проникнуться полученным заданием. Уж если студент за одну ночь успевает выучить китайский язык (так гласит студенческий анекдот), то, что ему стоит за одну ночь, например, выучиться на каменщика, сварщика, электрика …, сантехника.

* * *
Жили мы в заброшенном бараке, куда притащили из школы кровати, матрацы, одеяла.

И было нас в бригаде каменщиков – десять человек вместе с бригадиром.

Строили мы комплекс для отстоя крупного рогатого скота, голов на пятьсот. Эдакую фермочку небольшую, размером с футбольное поле.

Пока с ведром раствора бежишь из одного конца в другой, ноги почему-то заплетаться начинают. И так целый день, изо дня в день. На жаре.

Не столько стенку ложишь, сколько бегаешь и таскаешь. А еще надо раствор приготовить, кирпич поднести, установить леса, все затащить наверх и только тогда укладываешь стену. Минут двадцать.

Потом уж мы стали делиться по операциям. Так и осталось: кто каменщик, кто подсобник, кто «растворщик». Темпы увеличились. Каменщик кричит: «Раствор! Кирпич!». А все вокруг его бегают, подают, что он ни запросит.

Угадайте, кем я был?

Только бывший спортсмен-разрядник по спортивной гимнастике, набивший глазомер и интуицию на перекладине, кольцах и вольных упражнениях мог стать настоящим каменщиком, чтобы с закрытыми глазами, как по линейке, укладывать кирпичи в стенку.

* * *
И кормили нас знатно. Деревенские тетушки в нас души не чаяли. Щи, борщи, тушеная картошка с бараниной, молока сколько хочешь. Аппетит на стройке возрастал многократно. Молодые были, со всем справлялись.

Пока обедаем, включаем маг – слушаем Битлов.

После обеда – сонтренаж. Правда, бригадир (он тоже бывший спортсмен – по штанге), больше получаса отдохнуть нам не давал. Потом снова до семи часов вечера – стройка!

Вечером – на танцы или на деревенские посиделки. Играли в забавы с местными девчонками.
* * *
И вот так ездил я в стройотряды каждое лето. Уже в качестве бригадира.

Побывали в разных местах, строили разные объекты. Страна наша была огромная. Богатая. Строили много. Народное хозяйство развивалось как на дрожжах. Такие гигантские стройки поднимали: БАМ, Нурек, Усть-Илим, Братск.

Мне так понравилось на стройках, что был момент (уже на третьем курсе), что появилась мысль – не бросить ли мне институт и не податься ли в строители.

Романтическое веяние времени!

Даже написал письмо на Нурекскую ГЭС, которая тогда строилась, с просьбой принять меня на стройку, на работу. И, что замечательно, пришел вызов. Мне предлагалось место бетонщика третьего разряда.

Когда отец узнал о моем желании, поставил условие – сначала закончишь институт, а потом езжай куда хочешь.

Так на Нуреке я и не побывал.

Четвертый стройотряд мы провели в Ленске, в Сибири.

Сводный отряд Горьковского политехнического института насчитывал уже около ста пятидесяти человек. Летели через Москву, Новосибирск, через всю нашу необъятную страну.

Ходили в кедрачи, за кедровыми шишками, ловили хариусов, купались в Лене. Угощались сибирскими деликатесами – молодой картошкой, выращенной на вечной мерзлоте.

Представьте. Огромный гараж на окраине Ленска, который мы выстроили за лето из шлакобетонных блоков. Семь человек – студентов на верху, на крыше уплетают только что сваренную молодую картошку (угостили местные девочки-якутки). Ничего вкуснее не помню.

Читать еще:  Сузуки 750 стартер проскакивает

Во все стойотряды я брал с собой гитару. И если выдавалась свободная минутка, мы неизменно пели песни.

В аэропортах, когда уже летели обратно, в долгих ожиданиях при пересадках, живые звуки гитары скрашивали наши томительные минуты.

Девочки часто просили спеть песню Ю.Кукина: «А все-таки жаль, что кончилось лето, кончилось лето…».

…А все-таки жаль, что кончилось лето, кончилось лето.
Время летит, не удержать, дело не в этом.
Когда в душе осенний дождь, и ничего уже не ждешь,
Мне все-таки жаль, что кончилось лето, кончилось лето.

Так и пролетала студенческая жизнь. Зимой: занятия, лекции, контрольные, курсовые, сессии. Летом – стройотряды. Счастливое время.

Студенческие строительные отряды и шабашники

Студенческие строительные отряды и шабашники

ССО, студенческие строительные отряды… Впервые эту аббревиатуру страна узнала в 1958 году. «Все на освоение целинных и залежных земель!» — такой клич тогда бросила Коммунистическая партия. Не осталось в стороне и студенчество. Инициатором движения выступила группа студентов-физиков из МГУ. 300 с лишним человек по специальному направлению ЦК ВЛКСМ окончили курсы механизаторов и строителей и отправились в совхоз «Ждановский» Северо-Казахстанской области. За летний трудовой сезон этот отряд построил с десяток жилых домов, два птичника, телятник и крольчатник. Для небольшого отряда это было очень неплохо, хотя в масштабах страны — немного. Однако главное не в этом. Главное — это идея, которая вскоре охватила все вузы страны.

Кстати, в Министерстве образования сначала к почину студентов-физиков отнеслись весьма негативно. Ответственные работники пытались уличить студентов в том, что они не выполняют график учёбы и проваливаются на экзаменах. Но на самом деле в отряде не было ни одного «хвостиста». Стройотрядовцы написали несколько писем в Политбюро и самому Хрущёву. Генсеку эта идея понравилась, и в итоге студенческие стройотряды стали возникать по всей стране. К середине 60-х годов ССО утратили целинную направленность, превратившись в сезонное движение студентов-строителей. В студенческом расписании появился так называемый «третий трудовой семестр».

Студенты и раньше выезжали в село, но в основном на низкоквалифицированные сельхозработы, при этом не получая за свою работу либо вообще ничего, либо, и это в лучшем случае, зарабатывая копейки. В те времена основу студенчества составляли ребята из села и небольших городков, и выжить оторванным от родного дома ребятам в столице или крупных городах было совсем нелегко. Студентам приходилось по ночам разгружать вагоны, работать дворниками, чтобы получить хоть какую-то прибавку к очень скромной стипендии. Естественно, что после ночной смены нормально выспаться перед занятиями было просто невозможно. Приходилось выбирать — или жить впроголодь, или пропускать занятия и лекции. Неудивительно, что идея ССО была встречена студентами «на ура». К сожалению, позже, как это часто бывало в советское время, хорошая идея в погоне за массовостью трансформировалась в «обязаловку». В середине 70-х был сформирован Всесоюзный студенческий строительный отряд — головная организация, курировавшая работу ССО по всей стране. В это время в стройотрядах, согласно отчётам, работало до 800 тысяч молодых ребят. Но массовость эта достигалась «традиционным» способом — студентов загоняли в ССО под угрозой исключения из вуза. Избавиться от «трудовой повинности» можно было либо «вовремя» заболев, либо имея хороший «блат» в деканате.

Как же относились к строительным и прочим трудовым отрядам сами студенты? Это зависело во многом от того, куда попадал студент во время «третьего трудового семестра». Наименее выгодными и непрестижными считались сельхозработы, поездки на уборочную. Правда, здесь были свои исключения. Если студент до поступления в вуз успевал получить специальность механизатора или комбайнёра, то он мог заработать за лето вполне приличные деньги. В 70–80-х годах собственно в стройотрядах за месяц-полтора штукатур или столяр зарабатывал до 200 рублей, укладчик бетона — до 400, при этом стипендия студента составляла 30–40 рублей. Обычно желающих попасть в такие стройотряды было много, в первые годы студенческого стройдвижения зачисление в ССО было даже формой поощрения лучших студентов. И наконец, «элита» ССО — отряды, отправлявшиеся на заработки в Сибирь, Дальний Восток и Крайний Север. Конечно, условия работы были нелёгкими, но и заработки соответствующими: тысяча рублей в месяц, очень большие деньги для советского человека, отнюдь не были пределом. За 3–4 года работы в таком отряде студент вполне заработать себе на «жигули», предел мечтаний простого обывателя. Зачастую основу таких отрядов составляли люди, из студенческого возраста уже давно вышедшие. Мужики 30–40 лет под видом студентов отправлялись на Чукотку или Камчатку за «длинным рублём». По сути дела, это была завуалированная форма «шабашки»…

Здесь мы плавно перейдём ко второй теме данной статьи. Термин «шабашка» и «шабашники» появился в лексиконе «русского советского» языка примерно тогда же, когда и аббревиатура ССО. Конечно, в официальных документах это название никогда не встречалось, но термин был настолько распространённым, а явление столь привычным, что мы даже не будем использовать в дальнейшем для него кавычки.

Читать еще:  Полка акустическая ваз гранта

Современные словари русского языка определяют слово «шабашка» как «то же, что левый заработок», а «шабашника» — как «человека, который выполняет строительные, ремонтные и другие работы, заключая частные сделки по высоким ценам». Шабашка как явление существовала на Руси с давних пор. Как сказал в программе Леонида Парфёнова «Намедни» писатель Анатолий Стреляный, «Андрей Рублёв со товарищи были настоящими шабашниками. Только они расписывали храмы, а наши строили школы, больницы и коровники». В старину это называлось «отхожим промыслом», в советское же время «левый», неконтролируемый государством заработок стал шабашкой.

Условно шабашников можно разделить на две категории. Первая — те, кто подрабатывал недалеко от дома. Отработал штукатур или маляр на государственном строительном комбинате рабочий день, а вечером шёл на шабашку к своему знакомому. То же происходило и в деревне, строили все вместе, иногда за деньги, а иногда просто за хороший стол. Вторая категория шабашников — выезжавшие на заработки в другие края, иногда за тысячи километров от родного дома. Армянские или, например, западноукраинские строители формировали целые отряды и выезжали на шабашку на весь тёплый сезон, с мая по октябрь.

Как же относилось государство к такому чуждому социалистическому строю явлению, как шабашка? Формально шабашка, равно как и любой побочный и официально не оформленный заработок, была запрещена. Но по большому счёту, борьба с шабашниками велась только на идеологическом фронте. «Рвачи прилетели» — так изображали появление шабашников на деревне карикатуристы, а писатели-почвенники, представители оформившейся в 70-х так называемой «деревенской» школы, били тревогу. «На земле должны строить те, кто на ней живёт и работает», — говорили они. Однако за рамками идеологии шабашники были выгодны советскому режиму: с их помощью решались задачи, которые иным способом решить было невозможно.

Во многих регионах местные руководители негласно поддерживали шабашников и даже выделяли им технику, оборудование и материалы, которых не хватало для государственных строительных организаций. Объяснялось это просто: шабашники строили качественнее, а самое главное, быстрее, что позволяло области или району выполнить и перевыполнить план по капитальному строительству. А это, в свою очередь, означало для местного руководства хорошее отношение в центре, награды, премии и продвижение по служебной лестнице. И не важно, что в отчётах «трудовые подвиги» совершали исключительно государственные СМУ (строительно-монтажные управления) и тресты. Все были довольны: шабашники получали свои деньги, руководители — ордена и грамоты, а государство — жильё и сданные вовремя объекты.

Кроме того, в послевоенные годы стране катастрофически не хватало рабочей силы. Ситуация особенно обострялась летом, в период отпусков. Поставим себя на место какого-нибудь хозяйственника или руководителя строительной организации Крайнего Севера или Сибири. Северное лето, как известно, короткое, в это время дорог не то что каждый день — каждый час. И в это время вам на стол ложатся заявления работников, просящихся в отпуск. Отказал раз, отказал два, но ведь постоянно отказывать не будешь, в конце концов, работник имеет право ни отпуск. И возникает ситуация — вам нужно что-то срочно строить, а в это время половина ваших работников нежатся на пляжах Крыма и Кавказа, благо путёвки и билеты на самолёт стоили дёшево и северяне могли себе это позволить. Выхода было два — или написать заявление об увольнении, а покидать высокий пост, естественно, не хотелось, или обращаться к шабашникам. Вот почему руководители строительных и других организаций Севера и Сибири буквально заманивали шабашников к себе. Если стороны были довольны друг другом, между ними заключался договор о работе на следующий год, естественно, на бумаге не закреплённый, но оттого не менее крепкий. «Договор дороже денег». Так было и тогда, когда крестьяне и ремесленники расходились во все стороны Российской империи на «отхожий промысел», так было и в советское время, когда тысячи бригад шабашников ехали на заработки в разные уголки Советского Союза — туда, где не хватало рабочих рук и где их труд был нужен людям.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Музей СССР “20-й век”

Ретро, воспоминания, ностальгия.

Студенческие стройотряды

Те, кому посчастливилось получить высшее образование при советской власти, наверняка хоть раз побывали в студенческом строительном отряде. Причем, второе слово в названии не всегда соответствовало действительности. Студенческие строительные отряды не обязательно работали на стройках, они могли убирать урожай, пропалывать грядки, работать пионервожатыми.

Я училась в педагогическом институте. После первого курса нас послали в село строить коровник. Поскольку в пединститутах наблюдался стойкий дефицит парней, наш студотряд сплошь состоял из девчонок. В каменщики мы не годились, поэтому дали нам выстроенную «коробку», которую мы должны были оштукатурить. А более тяжелую работу выполняли ребята из политехнического института — наши соседи. Положа руку на сердце, маляры из нас тоже были никудышные.

После второго курса мы уже работали пионерскими вожатыми в пионерлагере. От этой работы остались самые приятные воспоминания.

Ну и, не обошла нас стороной прополка свеклы. Для нас, конечно, самое главное в стройотрядах — это не работа, а сама атмосфера. Это и песни под гитару, и свидания под луной.

Читать еще:  Сколько стоит расточить цилиндр

Студенческие строительные отряды начали появляться в 60-е годы. Как любая общественная организация в Советском Союзе, стройотряды имели свою символику.

Значки стройотрядовца были приколоты на нашу форму. Кстати, была специальная форма у многих стройотрядов.

Лучшие стройотряды награждались почетными грамотами. Хорошее было время! Не очень уж мы и перетруждались, но море удовольствия и позитивных эмоций вспоминаются и сейчас.

9 комментариев на «Студенческие стройотряды»

И я ездила в стройотряд в Волгоград на помидоры . Особым кайфом было разрисовывать масляными красками форму стройотрядовскую . По вечерам готовились к смотру художественной самодеятельности: сочиняли стихи и пели песни под гитару .

Главным смыслом стройотрядов было то , что впервые в жизни можно было улететь подальше от родительской опеки и даже чего-то подзаработать .

Первые собственные деньги .

. думаю не деньги нас туда тянули. нет. точно не деньги. а еще . когда разЪезжались. робу. куртку пожеланиями-стихами расписывали. и телефонами-номерами. у кого был.

Я не успел стать стройотрядовцем.Но всегда с завистью смотрел на них и хотел скорее закончить школу и то же рвануть куда-нибудь,надеть эту форму))).Все развалилось раньше=(

Слышал от одного научного сотрудника, как в конце семидесятых, их студенческий стройотряд загорал на севере. Район сказать не могу (не помню). Наши доблестные студенты нашли обычный такой, резервный склад продовольствия, дореволюционой экспедиции. Надо сказать, что весь склад был в течение месяца съеден и выпит с большим удовольствием.

Большинство стройотрядов было — курточки с эмблемками, хоровое пение под гитару и прочий бред.

Попасть в стройотряд с хорошим заработком — полторы-две тысячи за сезон было сложно.

Вкалывали как сумасшедшие. Рабочий день 10-12 часов. Носить носилки с бетоном/песком не шагом, а только рысью. Курево, вода и еда стояла свободно для отрядников — подходи, бери в любое время.

Зато студенту на эти деньги можно жить весь год.

Ситуация описана на примере 82-85 годов прошлого века, Свердловск, УПИ.

“Я была в строиотряде «Альтаир» нашего пединститута в 1971году. Не скажу, что это курорт, но романтика, серьезная работа были. Мы жили в палатках, рядом была улица из палаток студентов-политехников. Они сразу, как поставили палатки, установили 2 пограничных столба с надписями: «Знакомьтесь и не печальтесь» и «До Москвы . км» и т.д. Поставили они также теннисный стол как раз напротив нашей палатки. Вечером горел большой дежурный костер, где всю ночь дежурили ребята, девушек к дежурству не привлекали. Мы строили свиноводческий комплекс, вернее, они, а мы — силосную яму. Бетон был нарасхват. Каждую машину старались друг у друга перехватить. Вечером были танцы, футбол, волейбол. Хулиганства, порнографии и разврата не было. Были прекрасные дружеские отношения.

А у нас висел плакат- растяжка в колхозе: «Товарищи колхозники! Поможем студентам убрать урожай!»

В 1969 году был в стройотряде имени Малюги Мелитопольского института механизации сельского хозяйства. Работали в Кустанайской области Казахстана, Джангельдинский район, поселок Шубалан. Построили под ключ два жилых двухквартирных дома, коровник, овчарник. Лично я получил хорошую закалку физическую, возмужал морально, да и заработали каждый больше 1000 рублей, не считая аванса. Хорошие были ребятаю Никто не сачковал, работали от зари до зари. Прекрасная природа Казахстана, хоть и степь, а своя прелесть в ней есть. Награжден грамотой ЦК ЛКСМ Казахстана, но так ее и не получил. Жаль. Где то затерялась. С особой теплотой вспоминаю командира нашего отряда Довгань Валерия. Большой души светлый человек.

В 1984, 1985 наш стойотряд из политеха работал в Горном Алтае. Девочки и мальчики штукатурили коровник, больницу. Из стройматериалов — глина, солома, дранка(такие тонкие деревянные плашки, сколоченные в клеточку). 1 курс, романтика, работы — падали с ног, но вечером-откуда брались силы — давали концерты в местном клубе, танцевали, веселились. Готовили себе сами — по очереди были дежурные на кухне. Поэтому иногда было вкусно, а иногда — так себе. Однажды в выходной набрали море дикой клубники, сварили варенье, и решили испечь с ним пирожки. Только никто не умел тесто делать. Я пошла по дворам, поспрашивала рецепт — и чудо, с первого раза получилось — и два ведра теста у печи поднялось, и пирожки не сгорели. А потом мы потеряли осторожность, и всем отрядом разгоряченные после душного коровника накупались вдосталь в ледяной горной реке Катунь. Половина отряда после этого заполучила фурункулы в самых неожиданных местах на теле. И смех, и грех. А потом нас местные вертолетчики взяли с собой отвезти генератор на высокогорную метеостанцию. представьте себе — горы, сверху-вертолет с открытым снизу люком(из него вниз на тросах свисал генератор), и мы-три дурочки развалились на полу вертолета, зацепились ногами за какие-то скамейки и , свесившись мордахами вниз в люк( а он не маленький), визжим от восторга. Все-таки, стройотряд — это поездка не столько за деньгами, сколько за впечатлениями, романтикой, жаждой приключений. и , потом, это тогда было почетно.Ведь туда еще не все могли попасть.По-крайней мере, у нас.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector